В новоегипетских текстах возрождаются и многократно умножаются утраченные в годы владычества гиксосов мотивы упоения ратной славой. Стены храмов и гробниц запечатлели бесконечные сцены пиршеств, изображения военных трофеев, торжественных церемоний принятия дани от чужеземных послов, экспедиций в далекий, сказочно богатый Пунт (рельефы заупокойного храма Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри), сцены приношения жертв, разнообразных даров, скота, пленных египетским богам.делившим военную славу с фараонами-завоевателями. Новые веяния вторгаются даже в такую консервативную область древнеегипетской литературы, как заупокойные тексты: гимны богам, включенные в «Книгу мертвых», как бы оттесняющие ритуал на второй план, совпадают с торжественным настроем официальной литературы того периода.
В столицах Нового царства— Фивах, Ахетатоне, Мемфисе, Пер-Рамсесе — работали наиболее талантливые художники. Надписи XVIII—XIX династий донесли до нас имена выдающихся деятелей культуры: летописца Чанини, свидетеля боевых подвигов фараона Тутмоса III, зодчих Инени, Сенму-та, Джхути, Аменхотепа, сына Ха-пу («предстателя» перед богами, поставленного царем), культ которого существовал до конца египетской истории, скульптора Тутмоса, которому приписывается создание знаменитых портретов Нефертити, архитектора Майа, построившего в Карнаке, главном культовом центре страны эпохи Нового царства, резиденции Амона-Ра, самый крупный по тем временам колонный зал площадью 5 тыс. кв. м, изобретателя усовершенствованных водяных часов Аменемхета.
Мир и внешняя стабильность, казалось надолго установившиеся в Египте с воцарением Аменхотепа III после долгих войн, внезапно были разрушены в правление его сына и преемника Аменхотепа IV. Изменив вере своих предков, этот фараон-реформатор на двенадцатом году своего царствования окончательно порывает с традиционным египетским многобожием и учреждает культ солнечного диска— Атона. По приказу царя в египетских надписях делаются попытки уничтожить не только имена богов, но и само понятие «бог». Слово это стремятся заменить словом «властитель», а знак бога—знаком, обозначавшим фараона. Само солнце на завершающем этапе реформы мыслится не как бог, а как царь. Отныне в мире правят только два царя: Солнце-Атон и его сын Эхнатон—«Угодный Атону».